Самая наиболее масштабная по количеству участников первомайская демонстрация была проведена в 1952 году. Тогда в шествии перед трибуной Мавзолея приняли участие около миллиона человек!
А рекорд по продолжительности праздничной программы на Красной площади принадлежит последнему предвоенному Первомаю. Судя по обнаруженному в одном из архивов «Сценарию радиопередачи на русском языке с Красной площади в день Первого мая 1941 года», это действо началось в 11.30 и закончилось только после 18-00.
В первые годы существования первомайской традиции участникам главной демонстрации в Москве приходилось маршировать по страшным колдобинам: старая брусчатка на Красной площади пришла в столь плачевное состояние, что организаторы вынуждены были даже засыпать все эти ухабы песком перед началом демонстрации. (Вдобавок прямо посреди площади вплоть до 1929 года еще сохранялась вереница столбов старой трамвайной линии, которые колоннам демонстрантов приходилось обходить.) Ну а в самом неудобном положении оказались участники весеннего шествия 1930 года: тогда едва ли не половина Красной площади была вообще отгорожена забором, за которым развернулось строительство нового каменного Мавзолея, так что толпам демонстрантов с плакатами, портретами и прочей агитатрибутикой нужно было просачиваться по оставшейся совсем не широкой части ближе к стенам ГУМа.
Постановкой грандиозных массовых сцен, которые должны были впечатлить всех, кто присутствовал на гостевых трибунах во время праздничных демонстраций, занимались наши знаменитые режиссеры. Один из них — Всеволод Мейерхольд. (Как утверждают, именно ему принадлежала идея душещипательной мизансцены с детьми-пионерами, которые поднимаются бегом на трибуну Мавзолея и вручают цветы стоящим там руководителям страны.) Начиная с 1930-х годов первомайские демонстрации в столице дополнили еще одной фишкой. Практически каждое шествие теперь включало в себя парад физкультурников. Первым постановщиком таких «парадов молодости и здоровья» стал знаменитый хореограф Игорь Моисеев.
Впрочем, некоторые правила появились без участия режиссеров-профессионалов. Так, по устоявшейся в довоенные годы традиции товарищ Сталин всегда поднимался на трибуну Мавзолея первым и оставался там некоторое время в гордом одиночестве. Лишь минут через пять вслед за вождем поднимались его верные соратники.
Классикой стала демонстрация последних достижений советского народного хозяйства во время первомайского шествия по Красной площади.
В мае 1940-го именно в парадных колоннах на Красной площади состоялся дебютный показ новинки советского автомобилестроения. Проехали первые три экземпляра отечественного авто для народа — малолитражки «КИМ-10» (впрочем, до серийного производства этой колесной техники дело так и не дошло: товарищу Сталину машинка не приглянулась, а потому главный конструктор «КИМ-10» вскоре был отправлен в лагерь).
Выдержать многочасовое стояние на трибуне для советских VIP-персон и гостей праздника было делом непростым. Кроме всего прочего еще и майская прохлада могла на здоровье повлиять. В качестве профилактического и тонизирующего средства организаторы мероприятия с некоторых пор стали использовать горячительный напиток. По воспоминаниям ветеранов кремлевского общепита, на спецкухне, относящейся к Большому Кремлевскому дворцу, в нескольких 50-литровых котлах варили глинтвейн и наполняли им большие термосы, которые потом солдаты кремлевского полка несли к трибунам, разливали там по стаканам и раздавали напиток всем желающим из числа приглашенных гостей. Что касается руководителей партии и правительства, то для них предусмотрено было в Мавзолее отдельное помещение, где оборудовали временную комнату отдыха с буфетом, меню которого включало коньяк, чай, кофе, бутерброды и горячие закуски.
